ДОРОГА В СУД

Ромен Яров

Давно я хотел рассказать эту историю – да всё как-то не вырисовывалась она. Эпизод – и эпизод, без обобщений. А как же писать-то, под чем итоги подводить? И вдруг вот он – поворот, который всё закругляет…

…Сюжет из передачи последних известий “Время” программы ОРТ 14 августа этого года. Корреспондент захотел проверить, как работает в России новый Кодекс дорожной службы. С 1 июля этого года постовой, задержавший машину, не может, как раньше, на месте брать с водителя штраф, а должен передать материалы в суд. И тот решает. Американская система.

Корреспондент пришёл в суд и спрашивает судью.

– Много назначили штрафов?

– Почти нисколько, – вздыхает сокрушённо судья.

– Почему?!

– Нарушители не приходят.

– Посылайте за ними милицию.

– Ха-ха. Её сил ни на что другое не останется.

– А судебные приставы?

– Нет у нас ни машин стольких, ни горючего для них.

Кончился сюжет, о другом речь пошла, а я пытался представить мысли этого судьи, да и корреспондента, вероятно. Списали дорожный Кодекс с американского, но позабыли, что в России всегда во всём нехватки. В Америке, небось, и полицейских для доставки нарушителей хватает, и бензина для их машин..!

Может, и хватает – только никто не проверял. Пришёл бы корреспондент с тем же вопросом к любому американскому судье – ответом был бы удивлённый взгляд. В чём проблема? Нарушители сами приходят…

У корреспондента округлились бы глаза…

Спросите меня. Я объясню. И переводчик не потребуется.

Летом 1991 года закончилась моя работа в Лос-Анджелесе, штат Калифорния. Новая нашлась – в Вичите, штат Канзас. Я сел в машину и за три дня, двигаясь со скоростью 85 миль в час, преодолел расстояние почти в полторы тысячи миль. Никто и нигде меня не остановил. Мною овладела идиотская, по выражению товарища Сталина, болезнь – благодушие.

А жена моя поехала в Хьюстон, где у нас был дом ещё до Калифорнии. В этом городе она легко нашла работу и намеревалась в нём оставаться.

Сняв в Вичите квартиру, (до первого рабочего дня было ещё две недели), я сел в машину и поехал в Хьюстон. От Вичиты до границы с Оклахомой – расстояние небольшое. Я очень быстро набрал привычную скорость, пересёк границу, проскочил под мостом – а на другой стороне – вот он, невидимый для встречного транспорта, сидел в засаде, как они любят, полицейский. Когда я увидел его, было уже поздно. Полицейский включил сирену. Я остановился.

Последовала обычная противная процедура. Он принялся выписывать мне повестку в суд: превышение лимита скорости. Полицейский был молодой, высокий, здоровый, эмоций не проявлял, а просто делал свою работу. Наконец он протянул мне повестку. Какой-то округ где-то в Оклахоме, дыра во Вселенной, не найдёшь. И семьдесят долларов штрафа.

– Да плюнь ты, – сказали мне в Хьюстоне бывалые люди. – Что они с тобой сделают, дураки? Привести тебя не могут, остановить не могут – ты живёшь в другом штате. Разорви повестку!

Повестку я не разорвал, но только лишь по привычке накапливать бумажный хлам. В суд же, естественно, не поехал. Никто меня не тревожил.

Три с половиной года прошло. Срок действия моего водительского удостоверения (driver license) истёк. Никаких препон не предвидя, я отправился в полицейскую контору.

Посмотрев на моё калифорнийское удостоверение, чиновница сказала.

– Посидите на скамеечке, я оформлю новое.

Я сел и стал ждать. Она лениво набрала какие-то цифры на компьютере. Рассеянное лицо её стало вдруг серьёзным. Она подозвала меня.

– Я не могу выдать вам водительское удостоверение. Несколько лет назад полицейский в Оклахоме задержал вас и выписал повестку в суд. Вы не явились.

Я обалдел. Догнало-таки меня старое дело! У компьютера память вечная.

– А как же мне быть? – спросил я растерянно.

– Свяжитесь с секретарём того суда.

Водительское удостоверение – это вроде бы не паспорт, документ чисто функциональный. (Паспорт, как писала Большая Советская Энциклопедия в двадцатых годах, за несколько лет до поголовного введения в СССР паспортов, унижает человеческое достоинство). Удостоверение не унижает – только жить без него в Америке нельзя. Ездить надо каждый день, хотя бы на работу; общественный транспорт во всех городах, кроме городах Нью-Йорка, – в зачаточном состоянии. Поймают без удостоверения раз, два – тюрьмой кончится. В магазине платишь чеком – показывай удостоверение. К доктору пришёл, формуляр заполняешь – номер удостоверения. И так везде – вплоть до самых крохотных сфер жизни.

Может быть, живущим на Брайтон-Бич в Нью-Йорке водительское удостоверение не нужно. Но им и английский язык не нужен.

Я пришёл домой и начал отчаянно названивать в то место, поездкой в которое столь легкомысленно пренебрёг. Выяснилось:

Я должен заплатить тот штраф.

Я должен заплатить процент, который набежал за эти годы на тот штраф.

Я должен заплатить штраф за то, что я в своё время не заплатил штраф.

А продолжительные телефонные переговоры!

Короче говоря, вместо тогдашних семидесяти долларов я теперь должен был заплатить под триста и делать это надо было срочно. Колёса бюрократической машины движутся медленно, а срок истечения моего калифорнийского водительского удостоверения стремительно приближался.

Я успел – хотя денег было ужасно жалко. Но и это не было ещё концом. Сложилось так, что полгода спустя я покинул Канзас и перебрался вновь в Хьюстон. И мне тут же понадобилось техасское водительское удостоверение. Я пошёл в офис. И очередная регистраторша, глянув в компьютер, сказала мне лениво.

– Там у вас с Оклахомой была проблема. Разберитесь.

– Разобрался уже! – завопил я. И притащил ей все те справки, которые прислал мне, в ответ на мои кровные денежки, оклахомский суд. Она хмыкнула, но сразу ход моему делу не дала, отправила справки на проверку – удостовериться. И только несколько месяцев спустя я получил своё новое водительское удостоверение – техасское.

Так есть ли способ притащить нарушителя в суд? И дураки ли те, кто эту систему придумал?

А законодателям России следовало бы крепко задуматься (в который раз после Петра). Когда они вводят в своей стране западные методы и приёмы, то должны иметь в виду общее российское жизнеустройство. В России можно и без водительского удостоверения обойтись – на автобусе, метро, трамвае, троллейбусе ездить. Бумажка эта (кусок пластика) совсем не играет в России такой роли, как в Америке. О чём и надо знать, прежде чем перенимать. Но, как всегда, внешнее берут – а о внутреннем, глубинном не думают. О самой сути.