СКАМЕЙКА

-не по Гельману-

Пустует она, как правило, редко. Разве что непогода вынудит её обитательниц спрятаться под крышу дома своего. Я сказала «обитательниц» потому, что, как правило (простите за тавтологию), на неё усаживаются старушки и представительницы полу женского, но с течением времени, увы, уже не такого прекрасного.

О чем говорит «скамейка»? О, это достойно внимания лучших фельетонистов и даже историков!

«Скамейка» знает всё! От того, что «нонешний» президент – «беспробудный пьяница», а «Горбыль» (он же «Горби», он же Горбачев) вместе с «праклятущими мериканцами» развалил доселе «единый и нерушимый», до того, сколько мужиков было у Зинки, и с кем она, сволочная баба, на данный момент шандарахается.

У скамейки лучше не останавливаться, иначе «слово-воробей», пусть даже очень правдивое, но не вписывающееся в менталитет ее хозяек, вызовет лаву такого гнева, который сметет тебя, как придорожную траву. А коли уж «застрял», то «припевать», конечно, «лучше хором».

Однажды, в тёплый летний вечер проскользнуть мимо не удалось, и «скамейка» остановила меня прямым вопросом:

– За «Богатыми» следишь?..

– Нет, – ответила я прямодушно и честно, не любя вообще никаких мыльных опер.

– КАК?! – лицо «скамейки» исказилось.

– Ну… не смотрю и всё тут… – пыталась я отвертеться общими фразами, не желая даже анализировать дерьмовый фильм.

– КАК?! – опять повторила «скамейка» – Как это «не смотрю», когда вся страна смотрит?!..

– Неужели? – я, действительно, испугалась за страну, так как это уже попахивало «диагнозом», и тут же рассердилась, – Ну и пусть страна смотрит, а я не буду…

– Так, ты, что, враг своего народа? – «скамейка» дружно начала «шить» мне «дело».

– Ну, какой же я «враг»? А фильм не смотрю потому что он… плохой, – наконец выпалила я и сжалась от предстоящего удара.

За несравненную Веронику Кастро и любимую «киношку» «скамейка» пошла на меня буром.

Ну, примитивный он… Понимаете? Нет фабулы, развития сюжета, жуткая статика планов, образы схематичны, ни одна деталь не несёт в себе внутреннего подтекста… О киноязыке вообще молчу, потому как его там нет.

– Чего-чего нет? – «скамейка» угрожающе подбоченилась.

– Да знаешь ли ты, – широко открыл рот левый угол «скамейки», что я всю жизнь мастером на заводе железобетонных изделий проработала, так что тоже кое в чём разбираюсь, ты шибко умную-то из себя не строй!..

Не став более спорить с «бывшим мастером», я чудом прошмыгнула в подъезд.

Потом уже дома, достав свой почти отличный диплом ВГИКа и устало остановив взгляд на присвоенной мне квалификации «киновед», горько и безрадостно улыбнулась: в стране тотального знания кино (впрочем, как и политики, экономики, финансов…), где до сих пор «пироги печёт сапожник» моя профессия, вроде бы, как и ни к чему. А противостоять «скамейкам» бессмысленно – их много. Правда, сосед-алкаш Вовка ливанул как-то в приступе ярости и хмеля на голову «скамейки» ведро холодной воды с пятого этажа, да на этом протест и закончился. «Скамейка» захлебнулась, но не на долго – быстренько оттащила себя в сторону, подальше от окон. Говорят и туда долетали спрессованные кем-то кусочки теста, которые «отстреливали» все точки «скамейки» метко и больно. А как-то ночью кто-то даже поджёг скамейку, но она и в огне не горела.

Нет, пустое всё это – средств для борьбы со «скамейкой» нет. Она незыблема, как незыблемы ее крепкие ножки, напрочь въевшиеся в землю.